В ответ на современные тренды, тенденции и течения, когда искусство модернизируют, переиначивают, обогащают новым контентом, зачастую извращая традиционные и вечные ценности, когда руководителями высших учебных заведений назначаются люди с чуждыми русской культуре ориентирами, а то и открыто пропагандирующие низкопробное искусство, прикрываясь его современными оригинальными формами, слово ректора Академии живописи, ваяния и зодчества имени Ильи Глазунова Ивана Ильича Глазунова на февральском дне открытых дверей явилось глотком свежего воздуха, где открыто звучит непоколебимая приверженность Академии тем высоким традициям и наработкам, которые тысячелетиями вырабатывались выдающимися деятелями искусства. Журнал «Музыкальный ключ» посетил мероприятие и получил разрешение на публикацию слова ректора И. И. Глазунова на своем портале.

В это непростое и неординарное время наше учебное заведение с особой бережностью хранит традиции русской школы. Мы чтим преемственность от мастеров, обучавшихся в этих стенах с 1840-х годов. Здание Московского училища живописи, ваяния и зодчества дорого нам, ведь оно помнит таких выдающихся деятелей, как Константин Коровин и Исаак Левитан. Здесь бывали и попечители нашего заведения – Елизавета Фёдоровна и великий князь Сергей Александрович. Стены эти стали свидетелями и смутного времени двадцатых годов, приведшего к закрытию училища.

В 1987 году Илья Глазунов вдохнул новую жизнь в это заведение, возродив его как Академию живописи, ваяния и зодчества имени Ильи Глазунова. Он заново основал академию, опираясь на фундамент, заложенный великими русскими мастерами – архитекторами, скульпторами, живописцами, – и обогатив её новыми направлениями: искусствоведением и реставрацией.

Каждый, кто приходит к нам – будь то абитуриент или студент – мгновенно окунается в особую ауру старины, в мир глубоких традиций и преемственности великому искусству. В наш век, когда технологии меняют всё вокруг, мы обладаем уникальным сокровищем – мы храним многовековые традиции, являющиеся бесценным наследием.

Наш педагогический коллектив – это большая семья. И к студентам мы относимся как к детям, ведь для нас важны искренние и доброжелательные отношения между педагогом и учеником, наставником и подопечным. Именно человеческая связь лежит в основе созидательного подхода. Только в атмосфере взаимной любви, внимания и уважения, где педагог проявляет особую заботу о студенте, возможно рождение того, что приведет к высоким достижениям в искусстве.

Сегодня искусство стало слишком эфемерным. Массовая пропаганда конца XX – начала XXI века, особенно 2000-х годов, привела к размытию и обезличиванию профессии художника (с большой буквы). Долгое время традиционная школа считалась устаревшей, неким атавизмом, который необходимо преодолеть ради новых форм и видов искусства. Однако в наше время этот «оптимистический идиотизм» развеивается. Приходит понимание того, что дорого и что действительно профессионально, что традиционно и что реально соответствует высочайшим формам и стандартам прошлого. Именно в такой преемственности заключается сила, которая даёт возможность новым художникам обрести свой голос, вписавшись в живую нить преемственности. Если же эту нить разорвать, искусство рискует остаться лишь на бумаге – в заявлениях, прокламациях или манифестах, где лишь провозглашаются новые стратегии и формы, но нет подлинного содержания. Хотя картина современного бытия стремительно меняется, фундаментальные понятия, такие как семья, любовь и отношения, остаются неизменными. Профессия художника, особенно при условии глубокой приверженности классическому искусству и образованию, может стать вратами к полноценной и достойной самореализации личности. Об этом сегодня говорят в самых авторитетных вузах страны, эта тема звучит во всех областях искусства. Ведь отказаться от своих корней, традиций, от великих творений – легко, а вот восстановить и возродить их вновь – будет невероятно сложно.

В некоторых образовательных системах уже отказались от великих понятий классического образования и традиционных ценностей, которые уже невозможно вернуть. В мире, как в Европе, так и в нашей стране, существуют учебные заведения, пропагандирующие тенденции к новому порядку вещей. Я не оспариваю эти процессы, поскольку на некоторые из них мы, безусловно, не можем повлиять. Однако убежден, что человеческие отношения между учителем и учеником, а также стремление студента постичь великую классику будут существовать всегда. Именно поэтому я приглашаю абитуриентов поступать в наше учебное заведение, факультеты которого готовят востребованных и высококлассных специалистов.

Возьмем, к примеру, факультет искусствоведения. Это не просто прекрасное классическое образование для будущих невест, как иногда ошибочно считают. В наше время это уникальная специальность, и быть искусствоведом сродни подвигу. Парадоксально, но в России не хватает специалистов-русистов! Этот дефицит катастрофичен для любого провинциального или иного музея. Наши студенты обладают огромным потенциалом и прекрасными возможностями для трудоустройства. Сегодня наблюдается огромный спрос на знание русской культуры. Примечательно, что в XIX веке факультетов искусствоведения как таковых не существовало. Тем не менее, эту область развивали широко образованные личности. Именно наши великие искусствоведы – Никодим Кондаков, Фёдор Буслаев – стали теми, кто впервые сформулировал понимание и классификацию мирового искусства, заложив основы великой школы. И по нашему глубокому убеждению, художник не может быть глупым человеком. Это не просто тот, кто умело пишет портреты или симпатичные этюды. Это, безусловно, важно, но этого недостаточно. В нашей академии мы предоставляем абитуриентам возможность глубоко изучить историю, создавая все условия для формирования широкой палитры гармоничных знаний. Ведь сегодня перед нами стоит острый вопрос: быть или не быть. Эта дилемма, впервые сформулированная философом Парменидом более двух тысяч лет назад, по-прежнему актуальна. Особенно остро она звучит в контексте русской школы. За прошедший век мы многое утратили, столкнулись с искажениями и целенаправленным разрушением. Теперь же настало время собирать эти ценные, словно священные, камни. Художник в этом смысле подобен воину: он не ведет открытых боев, но постоянно находится в духовном противостоянии, перед выбором – кому служить, какие идеи воплощать и что нести в этот мир.

Без классического образования и преемственности высоким традициям, которые бережно сохраняются в академии, архитектура становится инженерией из доступных материалов, а скульптура – безликими истуканами, являющими суть современного искусства. Настоящее искусство вне времени. Оно вечно. Есть просто современники, которые могут дать нечто высокое в настоящий момент, имея за спиной фундаментальную базу знаний прошлого. Не иначе.

Русская школа – это не просто набор техник, это аналитическое рисование, глубокий анализ формы, изучение игры света и тени, – те фундаментальные основы, которые недоступны искусственному интеллекту. ИИ может генерировать изображения, опираясь на гигантские объемы данных, представляющих величайшие творения всех времён и народов, влитых в интернет, но он никогда не сможет создать то уникальное и неповторимое, что рождается в душе художника – мыслителя, выразителя идей, человека, обладающего богатейшим багажом исторических и культурологических знаний, осознающего свою миссию и свое место в истории. А ИИ может быть лишь орудием, инструментом в руках человека, но никогда не станет источником подлинного творчества.

Творчество художника неповторимо и не может быть заменено никакими программами. Именно поэтому необходимо пройти эту школу, чтобы новые произведения смогли встать в один ряд с шедеврами, созданными до революции 1917 года. Академия живописи, ваяния и зодчества имени Ильи Глазунова предлагает именно такой формат обучения, стремясь воспитать выдающихся мастеров, столь необходимых современному миру.